— Какое тебе дело до моей семьи? — крикнул жрец Карачуна. Но холод, исходящий от отца Яна, стиснул ему горло, вдобавок из вихрей снега соткалась фигура женщины в длинном шерстяном платье, со светлыми волосами и пронзительными серыми глазами. Она простерла к семье Снежаны когтистые руки и осыпала людей ледяной крошкой, острой как битое стекло.
От боли и шока жрецы растерялись, и финн крикнул, показав на брата Снежаны:
— Юха, взять!
Волк кинулся на парня и мгновенно вдавил его лицом в мерзлую землю, а затем чудовищные зубы с треском перегрызли человеческий позвоночник. Тело обмякло как безобразная плюшевая игрушка, из которой вынули начинку, и Ксения при виде мертвого сына завыла на весь лес.
Колдун усмехнулся, глянув куда-то вверх:
— Пожалуй, ей не стоит на это смотреть, верно, Линда?
Раздалось хлопанье огромных крыльев, и иссиня-черная ворона крупнее всякого орла метнулась к женщине, содрала с нее шаль вместе с частью волос и выклевала глаза. Истошно крикнув, истекающая кровью Ксения рухнула в снег, но даже слепая и на последнем издыхании тянула руку в сторону мужа и сына.
Отец Снежаны успел подобрать с земли увесистый булыжник и швырнул в сторону колдуна, но тот вовремя пригнулся, а распрямившись, всадил нож в его живот почти по рукоятку. Покров одежды не спас, только немного отдалил забытье, и отец с недоумением взирал на живую и полную сил дочь.
— Снежанка… — пролепетал он. — Как ты могла?..
— Надеюсь, Старцу хватит этой жертвы наперед, — промолвил финн, когда все трое затихли. Волк и ворона побарахтались в снегу, чтобы смыть кровь, и устроились у его ног, а светловолосая женщина безмятежно улыбнулась Снежане.
— Кто вы? — тихо спросила девушка. Ветер умолк, лес окутала мирная тишина, и все уже прекрасно слышали друг друга.
— Это мой отец, Снежана! — нетерпеливо выпалил Ян. — Разве ты еще не поняла?
— Поняла, но я не это имею в виду, — покачала головой девушка, и колдун кивнул.
— Ты мудрая девочка, Снежана! Меня зовут Илья Лахтин, и я тот, кто убил твоего отца. Дальнейшее зависит от того, что ты об этом думаешь.
Но огонек горького удовлетворения в глазах Снежаны сказал все без слов. Она странно улыбнулась и промолвила:
— А что я могу думать? Вы сделали то, о чем я, трусиха, только мечтала несколько лет! А иначе он бы не почесался и прикончил и меня, и вашего сына. Только что теперь будет с бабкой и сестрой?
— Ваши родственники о них позаботятся, но тебя отныне никто не посмеет тронуть. Позволь представить тебе мою супругу Накки, водяную хозяйку, и наших верных лесных духов, которые служили со мной в Патруле. Правда, они пока не могут поприветствовать тебя по-людски, поскольку не одеты…
— Ну какое же это препятствие, Волхв? — на месте вороны появилась красивая обнаженная девушка с густыми темными волосами, из которых торчали зеленые травинки и стебельки, и озорно улыбнулась Снежане.
Ян невольно отвел глаза, Хейкки усмехнулся, а Илья погрозил лесовице пальцем. Волк, решивший остаться в шкуре, глухо рыкнул, и девушка игриво потрепала его за уши.
— Меня зовут Линда, а этого клыкастого — Юха, — приветливо сказала она Снежане. — Можешь его погладить, дева, но не увлекайся, а то знаю я вас, человеческих бесстыдниц!
Снежана осторожно коснулась серебристой шерсти, в которую были вплетены яркие цветные бусинки. Та оказалась удивительно теплой и мягкой, а волк умиротворенно заурчал под ее ладонью и прищурил желтые глаза.
— А как вы успели вовремя? — сообразил Ян и гневно посмотрел на Хейкки, который оправился от заклятия и уже поклонился проводнику. — Ты знал, что отец сегодня возвращается? Да что там, конечно, знал, потому и не удерживал меня! И Сэйд тоже знала?
— А вот и неправда твоя! Знал только я, и Велхо вернулся еще вчера, — бесстрастно улыбнулся домовой, — а я подслушал ваш разговор в кондитерской и все ему передал. Да успокойся, ваших любовных утех я не видел! И так было ясно, к чему дело идет.
— Вот именно, Хей! Я же взрослый, — начал Ян пылко, но запнулся и опустил глаза.
— Когда Велхо уходил из дома, я сказал ему, что головой отвечаю за безопасность его детей, — ответил Хейкки, — и там не было оговорок насчет твоего совершеннолетия. Так что не обессудь: свои обещания я привык исполнять до конца!
— Брось пререкаться, Ян! — вмешался отец, обняв его за плечи. — Я бы не вмешался, если бы эти люди не нарушили правила. А ты молодец! Помни, что ведьмам прощается многое, но только не трусость, и теперь я вижу, что ты не трус.
— Да Ян настоящий герой! — вздохнула Сэйд и печально улыбнулась.
— А как же душа того человека? — спросил Ян. — Она теперь не сможет вернуться в тело, раз я провалил обряд?
— Об этом уже позаботились мои товарищи из Патруля, — заверил Илья. — Пока я разбирался здесь, они вычислили душу в междумирье и спасли ее, так что этот человек к Новому Году сможет увидеть семью.
— Кстати о семье: дома вас уже заждались, — напомнил Хейкки, — у Сату, поди, ужин давно остыл, а она этого не любит! Пора отпраздновать и твое возвращение, Велхо, и взросление Яна, и год достойно проводить.