Барт покосился на свёрток.
— Кому именно?
— Крису, — спокойно ответил Эвен.
Крис посмотрел на свёрток.
— Не надо было.
— Надо, — сказал Эвен. — Ты с утра хоть что-нибудь кроме пары ложек каши ел?
Крис не ответил.
Эвен кивнул, как будто ответ был получен.
— Значит, надо.
Барт посмотрел сначала на Эвена, потом на Криса.
— Я, между прочим, тоже с поля.
— Тебя я потом тоже покормлю, — сказал Эвен. — Но ты хотя бы не выглядишь так, будто сейчас мотыгу сожрёшь.
Барт хмыкнул.
— Ладно. Это уже звучит справедливо.
Эвен протянул свёрток Крису. Внутри была лепёшка с сыром и зеленью, уже остывшая, но пахла так, что желудок сразу болезненно сжался. Крис только теперь понял, что с утра и правда прожил на двух ложках каши.
— Спасибо, — сказал он.
Эвен пожал плечом.
— Мать утром напекла с запасом. Я и прихватил парочку.
— Она знает?
— Нет. Но если узнает, переживёт.
Эвен всё-таки отломил ему кусок, и на этом спор закончился. Некоторое время они просто ели, глядя на поле, которое медленно темнело под уходящими светилами. Отцовское оно было, городское или уже вовсе ничьё, с виду земля от этого не менялась: те же борозды, те же камни у межи, та же сухая полоска у дальнего края.
Bарт доел первым, вытер ладонь о штанину и кивнул на книгу у Эвена под локтем.
— Ты её ведь не просто так приволок.
— Не просто так, — согласился Эвен.
Барт немного помолчал, потом спросил:
— Всё про ту же армию?
— Про то, что у человека может быть больше одного пути, — сказал Эвен.
Барт пожал плечами.
— Ну а если не армия, то можно же и попроще. В ученики к кому-нибудь. К кузнецу, например. Или к аптекарю. Крис у обоих на глазах постоянно мелькает.
Крис покосился на него.