— Вопрос в том, что ты ему потом отдашь. Всё или не всё. Если всё, он за тебя и шаг выберет, и удар, и куда бежать. А если в теле уже вбит ещё хоть один ответ, кроме первого, тогда есть шанс не сорваться туда, куда тебя понесло.
Крис чуть нахмурился.
— То есть всё равно через навык.
— А через что ещё? — Рейн криво усмехнулся. — Через благие мысли?
Крис невольно фыркнул.
Рейн тоже это заметил, но виду не подал.
— Стойка, шаг, хват, привычка смотреть, куда ставишь ногу, — продолжил он уже ровнее. — Всё это не для красоты. Не чтобы потом рассказывать, какой ты собранный. А чтобы в дурной миг тело не выдало тебе самый тупой ответ из возможных.
Он ненадолго замолчал, потом добавил уже тише:
— И слухи тут тоже мешают. Если дашь им залезть в голову, потом каждый шорох начнёшь под них подгонять. Услышишь зверя — решишь, что это уже не зверь. Увидишь тень — додумаешь за неё остальное. В руинах этого хватает, чтобы ошибиться.
Рейн провёл пальцем по металлу крюка и после короткой паузы сказал:
— Но и делать вид, что ничего не меняется, тоже нельзя. Это уже другая дурь. И она обычно кончается хуже первой.
Крис медленно кивнул. Вот это он понимал слишком хорошо. Не по чужим рассказам, а по грязи под ногтями, по пересохшему горлу и по той злой, стыдной потребности потом хоть кому-нибудь доказать, что он не мусор.
Рейн ещё раз посмотрел на него, уже внимательнее.
— У тебя ведь уже было что-то похожее?
Крис поднял глаза.
— Почему ты так решил?
— По тебе видно, — сказал Рейн. — Ты сейчас слушаешь не как человек, которому просто пересказывают чужую дурную вылазку.
У Криса внутри всё сразу подобралось: двор, два серяка, тёмный угол, камень за пазухой.
— Бывало, — сказал он после паузы. — У кого не бывает.
Рейн помолчал ещё секунду, потом кивнул.
— Бывает, — повторил он уже спокойнее. — Главное потом не дать этому засесть в тебе глубже, чем надо.
Они продолжили разбирать снаряжение: Крис протёр крючья тканью, свернул верёвку уже правильно, проверил кожаные петли на сумке, а Рейн иногда поправлял его, но заметно реже обычного — усталость всё-таки брала своё.
Когда почти закончили, Рейн, всё так же не поднимая головы, спросил:
— Слышал, отец тебе норму поднял. Ну и как оно?
Крис замер на миг, потом повёл плечом.
— К вечеру руки уже отваливались, но свою норму я дотянул.
Рейн кивнул, будто только это и хотел услышать.
— Ну и хорошо. Отец не стал бы прибавлять тебе земли, если бы думал, что ты свалишься на середине.
Крис хмыкнул.
— Значит, мне теперь ходить довольному?