Мира открыла не сразу. За дверью что-то стукнуло, потом быстро прошуршали шаги, и щеколда сорвалась вверх.
— Крис… — выдохнула она и осеклась.
Взгляд у неё сразу прошёл по всему: по крови на рукаве, по серой шкуре, по лицу, по тому, как он держит бок. На миг Мира просто смотрела, будто хотела сначала убедиться, что он вообще стоит на ногах.
— Заходи, — сказала она тише. — Быстро, пока никто не увидел.
Потом посторонилась, пропуская его внутрь, и уже Барту:
— Шкуру и мясо под навес. Только прикрой как следует.
Крис сел на лавку у стены. После этого тело сразу налилось тяжестью: бок заныл глубже, плечи отпустило, а правая рука задрожала так заметно, что он невольно сжал пальцы.
Мира принесла воду сама, поставила миску на лавку и присела перед ним.
— Дай руку.
— Там ничего.
— Крис.
Он подчинился. Шрам на правой ладони выглядел как всегда, только кожа вокруг покраснела и натянулась. Никакого тепла уже не осталось, но слабый отклик в теле ещё держался, как память о чужой Ци, которая на миг вошла в него и тут же исчезла.
Мира промыла локоть, потом бок, вытерла кровь у рёбер и только после этого спросила:
— Кто тебя так?
— Серяк.
Пальцы у неё на миг замерли.
— Где?
— За завалом. В дальнем дворе, где старые ходы сходятся.
Из-под навеса донеслось глухое Барта:
— И шкура крепкая.
Мира качнула головой, будто не знала, то ли злиться, то ли выдыхать.
— И выбраться сразу ты уже не мог?
— Не мог. Он мне выход перекрыл.
Она подняла глаза.
— И всё это время один на один с ним.
— Да, — сказал Крис. — Ещё немного, и я бы оттуда не вышел.
Мира туже затянула повязку на боку, но в голосе у неё было уже не раздражение, а усталый страх, который она прятала с самого порога.
— Хоть это понимаешь.
Крис промолчал. Ясно ему было далеко не всё: почему серяк оказался так близко к ближним дворам, что именно выгнало его из глубины и почему в миг смерти зверя шрам на ладони отозвался так, будто принял в себя часть чужой силы.
Камень лежал в мешке под лавкой. И серяк оказался не только мясом и шкурой. В его смерти было что-то ещё: короткий горячий приток Ци, который вошёл через шрам и сразу исчез.