Зверь был не таким уж крупным, но одному тащить его всё равно было бы тяжело. Мяса на нём хватало, шкура выглядела крепкой, а когти на передних лапах сточились почти до блеска. На боку, ближе к хребту, тянулся старый заросший шрам.
Крис нахмурился.
Имени зверя он не знал, но понял и так: жил тот не у ближних руин. Такие не выходят к ближним проходам, если глубже у них всё спокойно.
Тащить тушу целиком Крис не мог. Оставлять всё тоже не хотелось.
Пришлось садиться рядом и вспоминать то немногое, что он видел у охотников со стороны: где сперва надрезают шкуру, как ищут жилу, откуда проще брать мясо. Смотреть всегда казалось легче.
На деле нож сразу пошёл криво. Первый рез вышел глубже, чем надо. Потом руки после боя начали подводить ещё сильнее: пальцы дрожали, кисти ныли, лезвие дважды уходило не туда. Приходилось останавливаться, переводить дыхание и снова искать, где вообще можно подцепить кожу, не испортив всё окончательно.
В итоге Крис не разделал зверя как следует, а только кое-как снял часть шкуры, добрался до жилы и срезал мясо там, где сумел. Остальное пришлось оставить: запах всё равно скоро привёл бы сюда кого-нибудь ещё.
Когда Крис добрался до старой плиты, небо уже серело.
Барт сидел на камне, ссутулившись, но поднял голову сразу, как только услышал шаги. Сперва он посмотрел Крису в лицо, потом ниже — на порванную штанину, на сбитое колено, на кровь по пальцам.
— Живой?
— Пока да.
Только после этого Барт заметил мешок и серую шкуру, торчавшую из-под ткани.
— Ты ещё и это пёр сам?
Крис молча скинул добычу у камня. Барт присел, откинул край мешка, посмотрел на мясо, на грубый срез шкуры и выругался вполголоса.
— Что за дрянь?
— Не знаю.
— Конечно.
Он помолчал ещё миг, потом взял мешок со своей стороны.
— Поднимай. Дома разберёмся.
Назад шли почти молча. Крис нёс шкуру и фляги. Барт забрал мешок, но то и дело косился на его хромоту. Уже у калитки не выдержал:
— Вир тебе за это голову оторвёт.
— Пусть сначала попробует.
— Ему не придётся. Ты и сам всё сделал.
Крис хотел огрызнуться, но только выдохнул. Внутри всё ещё ходило после драки, просто уже не так рвано, как в руинах.
С порога Мира увидела не добычу, а кровь.
— Сая, воду. Кеш, чистую тряпку. Быстро.
Крис успел только прислонить шкуру к стене и сесть, когда Сая уже ставила таз, а Кеш, как всегда, полез смотреть ближе, чем надо.
— Это кто тебя так? — спросил он, косясь на разодранную штанину.
— Потом, — отрезала Мира. — Ногу дай.
Она разрезала ткань выше, смыла кровь и перевязала рану, только после этого обратила внимание на мешок у порога.