— Ну?
Барт ухмыльнулся уголком рта, но в глазах у него сидело слишком явное довольство.
— Взял.
— Что взял?
— Четвёртый слой, дубина.
Крис уставился на него.
— Вчера ночью, — добавил Барт уже тише. — Нормально так взял. Без озарений, без небесных знаков. Так что всё. Опять наравне.
Он коротко ткнул Криса кулаком в плечо, почти по-дружески, почти вызывающе.
У Криса внутри что-то качнулось. Не зависть. Скорее тёплая, колючая мысль о том, что мир не стоял на месте, пока они ждали, считали, слушали и держали дом.
— Поздравляю, — сказал он.
— Вот. Уже лучше, — фыркнул Барт. — А то я думал, из тебя это слово палкой выбивать придётся.
Мира всё-таки повернула к ним голову.
— Барт.
— Я уже ухожу.
— Вот и иди.
— Иду.
Он и правда отступил, но перед этим успел глянуть на Саю.
— Три — это хорошо.
Сая, которая до этого делала вид, будто разговор её не касается, сразу вскинула подбородок.
— Я знаю.
— Тем лучше.
Когда они отошли в сторону, Сая ещё несколько раз спросила, правда ли это хорошо, не ошиблись ли, не значит ли это, что теперь надо что-то делать прямо сегодня. Кеш бурчал, что при двух ударах вообще-то удивляться надо было ему, а не ей. Рейн отвечал коротко, но уже без своей обычной сухой отрезанности.
— Не сегодня.
— Не сразу.
— Дарн бы сказал то же самое.
Вот после этой фразы Сая наконец замолчала.
Ненадолго.
Потом тихо спросила:
— А он бы порадовался?
Рейн посмотрел на неё.