Крис вспомнил харновские «брак» и «обуза», Рейна, который велел не спешить признавать путь законченным, и Дарна с его тяжёлым молчанием.
Вернулась и прежняя мысль: пусть сами увидят.
Теперь это было не просто обидой. В этой мысли появилось основание.
Пусть увидят не мальчишку, который опять что-то выдумал. Пусть увидят третий слой.
Крис сжал пустой камень. Выбросить его было бы логично, ведь он уже ничего не стоил.
Но Крис всё равно положил камень под подушку. Дарн при виде такого поступка, наверное, лишь удивлённо поднял бы бровь.
Утром снова будут поле и борозды, разговоры Барта, вопросы Кеша и обычные дела Миры. Внешне всё, скорее всего, останется прежним.
Прямо перед сном Крис ещё раз провёл нить.
Три удара сердца он просто удерживал Ци на новом пути.
И впервые за много ночей уснул почти сразу.
Глава 10. Первые уроки
С третьим слоем он проходил первые два дня молча.
Не потому, что хотел скрыть навсегда — просто не знал, как сказать. Подойти за завтраком и объявить всем: у меня третий слой? Это звучало глупо, слишком громко, слишком похоже на просьбу: посмотрите на меня.
А он не хотел просить.
На третий день сказал Рейну. Почти случайно, если можно так назвать фразу, которую держишь во рту всё утро.
— Я прорвался на третий слой, — сказал Крис. — Три дня назад.
Рейн не сразу отреагировал.
— Три дня назад? Почему молчал?
— Не знал, как сказать.
Рейн поставил кружку на стол и посмотрел на него уже внимательно.
Не радостно, не удивлённо, просто внимательно.
— Вечером покажешь, как идёт поток. До этого не пытайся снова давить на стык и не задерживайся после поля.
На этом разговор закончился.
Крис потом весь день не знал, радоваться этому или злиться. «Вечером покажешь». Ни «молодец», ни «наконец», ни вопросов о том, как это получилось. Но и недоверия не было.
Вечером он показал.
Рейн сидел рядом у стены, молча, пока Крис вел Ци по грудной жиле, через стык и дальше, по новому пути. Он дал Крису закончить, а потом спросил несколько вещей: где сопротивление, как идет поток, не болит ли голова, не тянет ли спину. Крис отвечал коротко. Рейн кивал.
— Скажу Дарну, — сказал Рейн.
— Не надо.
Рейн посмотрел на него.
— Почему?