Это была, конечно же шутка, но я оценил.
— Не-а, — вернул я улыбку. — Ты можешь помочь мне с транспортом. Дашь машинку покататься?
Судя по инструкции особенностей управления спорткаром и дополнительной информации, которую Йоко, пользуясь своим даром, вложила мне в мозг, в «Зонал-араши» находилась приличного качества акустика.
Но оценить в полной мере я смог её только сейчас. Качество было не приличным. Оно было высшим. Лучшего я ещё не слышал ни в одной из жизней.
— Миа, ты же знаешь песню, верно? Ту, которую я иногда вспоминаю.
«Ну ты серьёзно? Именно её?».
— Да, — улыбнулся я. — Мы едем туда побеждать!
Я почувствовал лёгкое головокружение, будто что-то аккуратно вытащили из головы.
«Готово, — недовольно пробурчала демоница. — Прикоснись к музыкальному накопителю. И, да, ты можешь делать это и без меня. Я тебе не диджей! Для этого эти накопители и создавались».
Пока «Араши» мчался по вечерней трассе, у меня было время привыкнуть к машине, к её ходу, габаритам. Поковырялся я и в накопителе, заменявший здесь магнитолу.
Ничего сложного, весьма удобная штука, хоть и магическая. Набросав туда несколько десятков композиций, я и не заметил, как почти приехал.
— Нет, акустика здесь, конечно огонь! — со значением произнёс я. — Вещь!
Накопитель мягко засветился — и в следующую секунду из колонок рванула истинная мощь, породив и заставив стаю мурашек промаршировать вдоль моего позвоночника, и затем развернуться обратно и с оттягом прошагать ещё раз, равняясь на середину.
Мэтр начал петь про День Победы — торжественно, мощно, с оркестром, которому, в данный момент было всё равно, что это не Красная площадь, а парковка загородного имения имперского канцлера из другого мира.
Величественно. Чисто. С идеальным балансом высоких и низких частот.
Просто шедевральное звучание.
«Странный выбор песни, — скептически заметила Миа. — Здесь же никто этого не поймёт».
— А мне не нужно ничьего понимания, — я прибавил громкость, и стёкла дрогнули. Вжав пальцем пару кнопок, заставил боковые стёкла наполовину опуститься. В нос тут же ударил запах хвойного леса. — Главное, что я помню и понимаю.
Подъездная аллея к имению канцлера дышала богатством, роскошью, слезами ландшафтных дизайнеров и трудом тех, кто эту всю красоту содержал в идеальном порядке.
Широкая дорога с ровным дорожным покрытием, отливающим благородным антрацитом. На мгновение мелькнула мысль, что с людей такого ранга станется озадачить работников намывать этот асфальт каждый день, чтобы ни пылинки.
По обеим сторонам аллеи раскинулся парк. Причудливые композиции, кусты остриженные под линейку, клумбы в одном ансамбле. Красиво, не спорю.
Переключив передачу, я увеличил скорость.
Зверь откликнулся молниеносно.
Низкий злой рык прокатился по подъездной аллее, и «Зонал-арши» рванул вперёд так, что тело снова вдавило в сидение. Мне начинает нравиться это ощущение.
Аллея заканчивалась.
«Андрей, а что происходит? — подозрительно тихо поинтересовалась Миагозра, почувствовав, как я мягко отсёк демонице любую возможность влиять на меня или брать под частичный контроль, одновременно усилив нажим на педаль газа. — Не знаю, что ты придумал, но это мне уже не нравится! Э-э-э! Не гони беса! Ты что творишь?».
— Солдат ребёнка не обидит. Лучше пристегнись там.
«Я вопрос задала!!!».
— Тухловато у них тут, да? — невинно поинтересовался я, не обращая внимания на её панику. — Стоят здесь, понимаешь, как жуки на энтомологической выставке! Хорошо… Сейчас мы немного разбавим атмосферу пафоса.
Желтый клин «Зонала» прорезал сумерки на третьей передаче.