Бойцы уже разбредались по камерам.
— Что сказал Бранд? — спросил Рудольф.
— О чём? — не понял я.
— О твоём секрете.
Рудольф указал на мою руку… левую.
Я сжал её в кулак.
— Ничего.
— Ты говорил: он заметил.
Я кивнул.
— Говорил. Заметил. Пока никакой реакции.
— Странно, — сказал Рудольф.
— Почему?
Рудольф огляделся. Снова посмотрел на меня.
— Повар болтливый, — сказал он. — Пока у котла возится, всякое рассказывает. И ему много чего рассказывали. Интересного.
Рудольф замолчал, большим пальцем потёр ноготь мизинца. Посмотрел на банку с мазью.
— Например? — спросил я.
— Он слышал, что…
Рудольф сощурился, словно всматривался в тень у дальней стены.
Продолжил:
— …Бранд обещал хозяину бойца. Сильного. О котором заговорят в Риме. О бойце, и о людусе Требония. Даже тренировал такого… обоерукого.
Рудольф опустил взгляд на мою левую руку.
— Повар сказал: тот хорошо сражался и левой, и правой рукой.
Со стороны дома послышался смех.
Рудольф замолчал.
— Где сейчас тот боец? — спросил я.
Хлопнула дверь.
Рудольф пожал плечами и ответил:
— Убили.
Посмотрел мне в глаза.
— Береги себя, Арн.