Наконец он медленно выдохнул и открыл глаза.
Стена перед ним была тёмной, небо над крышей — уже глубоким, ночным. А камень за спиной стал ощутимо холоднее, чем в начале.
Он поднялся, с трудом разогнул колени и носком отшвырнул камешек, который всё это время давил под пятку. Тот несколько раз гулко стукнул о стену, и в тишине звук показался слишком громким. Завтра Крис снова придёт сюда, найдёт нить и доведёт её до стыка.
Но теперь у него было то, чего ещё вчера не было. Не ответ и даже не настоящий сдвиг, а один короткий момент, когда стык всё-таки поддался.
Глава 4. Рыночный день
За завтраком Рейн дождался, пока Крис доест, и сказал:
— Сегодня рыночный день. Соберёшься — пойдёшь со мной в Гильдию.
Это прозвучало не как приглашение. Рейн вообще редко спрашивал, если уже всё решил.
Кеш ковырял что-то в миске. Сая болтала ногами под лавкой. Дарн ушёл ещё до малого солнца. Крис доел молча и вышел во двор.
Рейн появился через несколько минут с холщовым мешком под мышкой.
— Готов?
Крис кивнул, и они пошли.
В рыночный день Карш-Закат будто сжимался в одну точку. Центральная площадь, ряды навесов и главная улица к колодцу заполнялись людьми, которых в обычные дни почти не было видно. Приезжих порой набиралось больше, чем жителей самой деревни. Толпа гудела и пахла горелым жиром, пылью, пряностями, железом и потом.
У северного края площади спорили несколько Краттов. Судя по разгорячённым лицам, делили они что-то уже давно.
Гильдия стояла у восточного угла площади — серое приземистое здание с широким входом и кованой пластиной над дверью. По краю тёмного металла шли знаки: «Искатель отвечает за то, что несёт в руках и что оставляет в земле». Рейн толкнул дверь, и Крис вошёл следом.
Внутри пахло деревом, железом, кожей и чем-то старым — тем, что люди приносили на одежде из руин. Здесь этот запах намертво въелся в стены.
Рейн подошёл к стойке и выложил из мешка тёмно-серую пластину размером с ладонь. По поверхности шли ровные линии, слишком аккуратные для случайных царапин.
Крис смотрел на неё и не сразу понял, почему вообще смотрит.
Потом правая ладонь отозвалась теплом.
Отклик был слабым, почти ненавязчивым, но Крис сразу убрал руку за спину. Тепло появлялось и раньше — у некоторых предметов в руинах, иногда здесь, рядом с регистрационной пластиной. Где-то около средоточия, но не в нём.
Регистратор рассмотрел пластину, назвал класс и цену. Рейн коротко поторговался, без особой веры, и почти сразу согласился. Монеты перешли через стойку, пластина ушла в ящик под ней. Всё заняло меньше времени, чем Крис ожидал.
Уже на улице Крис покосился на кошель, который Рейн убирал за пояс.
— Пластина так мало стоит?
— Она на нижней границе третьего класса, — ответил Рейн. — Обычная добыча из уже пройденных мест. За редкостями первого класса ходят по квоте в опасные зоны. Там и деньги другие.
— А как получить такую квоту?
— Заслужить долю в семейном выходе или договориться с теми, у кого она уже есть. Мне пока приходится договариваться. Но не всегда будет так.
— А меня ты зачем взял?
— Чтобы ты увидел, как здесь всё устроено, пока тебе не пришлось разбираться самому. Рано или поздно принесёшь свою добычу.
У выхода с площади он остановился на секунду, не оборачиваясь.
— И ещё, — добавил Рейн. — Про сегодняшний поход Дарну пока не говори. Я сам объясню, зачем взял тебя.