— Только вчера же.
— И что? Вчера тоже надо было сказать. Я бы пришёл радоваться заранее.
— Звучит очень полезно и умно.
— Ещё как.
Барт шагнул ближе и начал рассматривать его лицо.
— Что ты делаешь?
— Проверяю тебя.
— И что именно?
— Вдруг глаза стали умнее.
Крис фыркнул.
— Если бы стали, я бы тебе не сказал.
— Врёшь, — тут же ответил Барт. — Мне бы как раз сказал. Чтобы я потом ходил и всем повторял, какой у меня великий друг.
— Вот поэтому и не сказал бы.
— Поздно, теперь уж всем раскажу.
— Только попробуй.
— Уже пробую, — Барт расправил плечи и низким голосом объявил в сторону соседнего ряда: — Между прочим, тут рядом землю копает человек четвёртого слоя.
Крис едва не ткнул его локтем.
— Барт.
— Да молчу я, молчу, — тот оскалился во весь рот, но тут же снова стал серьёзнее. — Слушай… это же здорово. Правда здорово. Я ж говорил, всё пойдёт у тебя.
Крис покачал головой, а внутри стало легко. Почти смешно.
Барт радовался громко, неуклюже, без всякой меры. И в этой радости не было ни жалости, ни осторожности, ни взрослого «ну вот, видишь». Просто друг радовался за него, будто это самая естественная вещь на свете, и радовался за двоих, потому что сам Крис пока не умел так широко и открыто выражать свои эмоции.
Ближе к вечеру он нашёл Эвена у книжного прилавка. Тот держал узкий свиток и читал так, будто рынок вокруг был не рынком, а чем-то временным, что скоро пройдёт.
— Эвен.
Тот поднял глаза и сразу отложил свиток.
— Я вчера взял четвёртый.
Эвен моргнул почти незаметно, потом кивнул.
— Хорошо.
Никакого Бартова гама, никакого крика, всего одно слово. И всё равно Крис почему-то был крайне признателен ему.
Эвен посмотрел на него внимательнее.
— Это уже не случайность.