— И никто не видел, сколько ты приносил из руин.
— Я ходил туда не за свидетелями.
Харн чуть прищурился. Злая, колючая растерянность в его глазах вдруг сменилась мстительным пониманием. Он нашёл ответ, который его устраивал.
— Дешёвые эликсиры, — с презрением выплюнул он. — Ну конечно. Ты просто нажрался дешёвой алхимической дряни. Аптекарь под боком, свидетелей нет. Накачал жилы ядом, лишь бы пролезть на смотр.
Харн криво усмехнулся и шагнул ближе.
— Думаешь, стал равным? Да после такого разгона твоё основание сейчас хлипче старого сарая. Первый же тяжёлый удар — и ты просто посыплешься.
Крис почувствовал, как напряглись пальцы, но не позволил себе стиснуть древко.
— Крис, дом Дарна! К практической проверке! — выкрикнули от крайнего стола.
Крис даже не стал отвечать. Оправдываться перед Галодом было пустой тратой времени. Он просто отвернулся и сделал шаг к выходу из-под навеса. Его глухое равнодушие взбесило Харна сильнее любых слов. Он резко подался вперёд и намертво вцепился в древко копья чуть выше руки Криса.
— Я с тобой не закончил, — выплюнул он.
— Пусти, — ровно сказал Крис, не повышая голоса.
— А то что? Надоест терпеть и сломаешься прямо сейчас?
Харн с силой рванул копьё на себя, намереваясь выдернуть его из рук или хотя бы заставить Криса потерять равновесие.
Тело Криса сработало само. Короткий поворот древка, резкий рывок на себя — и пальцы Харна просто соскользнули с гладкого дерева. Лишившись точки опоры, Галод нелепо подался вперёд и едва не снёс плечом натянутую верёвку.
Растерянность на его лице мгновенно сменилась бешенством. Харн грязно выругался и с силой толкнул Криса обеими руками в грудь. Подошвы проехались по утоптанной пыли. Крис инстинктивно отставил правую ногу и чуть подогнул колени, как учил Дарн. Удар отдался в рёбрах тупой болью, но он устоял — просто принял чужой вес на крепкую стойку и не сдвинулся больше ни на дюйм.
Харн скрипнул зубами. Он перенес вес, явно собираясь ударить еще раз, но вдруг замер.
— А ну стоять.
Голос прозвучал негромко, но так, что Харн мгновенно опустил руки. Крис обернулся. Между ними, словно выросший из-под земли, стоял широколицый десятник с медной пластиной на груди.
Офицер тяжелым, немигающим взглядом пригвоздил сначала одного, потом другого.
— Оружие отдать солдату. Оба, — приказал он.
Убедившись, что копья отложены, десятник кивнул на свободный клочок утоптанной земли между повозками.
— С дороги уйдите. Разводить вас по разным очередям уже поздно. Деревенскую грязь вы на мой смотр притащили сами. Вот на ней я вас и проверю. Заодно посмотрю, способны ли вы слышать приказы, когда кровь кипит.
— С дороги уйдите. Очередь из-за вас стоять не будет.
Он дождался, пока они сделают шаг в сторону, и заговорил тем же ровным, металлическим голосом:
— По армейским правилам за драку на смотре каждый из вас прямо сейчас получил бы по десятку плетей. Но вам крупно повезло — вы пока ещё не в армии.
Десятник смерил их холодным взглядом.
— Однако разводить вас по разным кругам я не собираюсь. Раз уж притащили свои деревенские дрязги на смотр, друг на друге проверку и пройдёте. Заодно посмотрю, что для вас важнее — уставной приказ или желание проломить друг другу череп.
Десятник обернулся к солдату с рассечённым ухом.
— Два учебных. Круг освободить.
Участок, куда их вывели, до этого казался просто пустым местом между повозками и крайним столом. Теперь солдаты за несколько движений превратили его в круг: один поправил кол, другой натянул верёвку, третий молча оттеснил ожидающих к навесу. Под ногами была сухая, утоптанная пыль, по краям валялись следы прежних проверок — сбитые комья земли, тёмные полосы от подошв, обломок старой обмотки.