— Садись. Правую руку на стол.
Он прижал два пальца к запястью Криса, другой рукой коснулся основания шеи.
— Проведи Ци по всему открытому пути. Тонко. Мне не силу показывай, а путь.
От гула площади отгородиться не получилось. Рядом называли имена, за спиной спорили у соседней очереди, у повозок с лязгом опустили на землю ящик. Крис собрал внимание и вывел из средоточия тонкую нить Ци. Утром он уже проверял новый путь сам, но сейчас его держали чужие пальцы, и ошибка стала бы не болью в пустой комнате, а отметкой на дощечке.
Поток привычно миновал грудь и горло, поднялся к макушке. У свежего стыка под затылком Крис инстинктивно замер, затаив дыхание, но нить не сорвалась. С глухим, обжигающим гулом она продавилась в позвоночную жилу и тяжело прошла самой пояснице.
Проверяющий не убирал пальцев ещё несколько ударов сердца.
— Когда открыл шестой?
— Этой ночью.
— Свежий, — сухо констатировал проверяющий. — Проведи ещё раз, только медленнее. И не подталкивай у основания черепа, я и так всё почувствую.
Во второй раз Крис не стал помогать потоку усилием. Он только держал дыхание ровным и позволил Ци самой войти в новую жилу. Тяжесть появилась почти сразу, зато сила нигде не сорвалась и не ушла в сторону. Проверяющий проследил весь путь, затем велел удерживать Ци у поясницы.
Через несколько мгновений затылок заныл, а спину начало стягивать. Крис всё же дождался команды:
— Хватит.
Мужчина убрал руки и повернулся к писарю за краем стола.
— Шестой.
Отдав распоряжение, он снова посмотрел на Криса.
— После прорыва тошнило? Лихорадило?
— Нет. Когда встал, закружилась голова. Спину до сих пор тянет.
— Для свежей позвоночной жилы нормально. На практической проверке не лей туда всю Ци разом. Выжжешь запас раньше, чем успеешь им толком воспользоваться.
Он взял правую ладонь Криса, разогнул большой палец и задержался на белёсом шраме у его основания.
— Старый след?
— Да.
— Пальцы не немеют?
— Нет.
Проверяющий заставил Криса несколько раз сжать ладонь, надавил рядом со шрамом и, убедившись, что пальцы двигаются свободно, отпустил.
— Свежие раны есть?
— Укус на голени. Ещё бок и рёбра ушиблены.
— Штанину подними.
Розовая полоса от зубов уже затянулась, синяк рядом пожелтел по краям. Мужчина ощупал голень, велел перенести вес на эту ногу, затем проверил рёбра и заставил Криса повернуть корпус в обе стороны. Боль отозвалась справа, но дышать и двигаться не мешала.
— Перелома нет. Для проверки годен. Дальше.
За следующим столом стульев не было. Коренастый солдат с рассечённым левым ухом даже не поднялся, лишь требовательно вытянул ладонь.