Единственным проявившимся симптомом стало ухудшение зрения, и я даже не сразу понял, к худу это или к добру. Сперва, примерно на полминуты, оно даже улучшилось — эльфы вдруг стали словно значительно ближе, каждая складка на их одеждах, каждый волосок выбившейся из-под шлема пряди проступили с почти пугающей чёткостью. Но не успел я толком удивиться такому подарку, как картинка перед глазами резко дёрнулась и начала медленно закручиваться по спирали, будто кто-то невидимый принялся перемешивать окружающий мир гигантской ложкой.
Силуэты остроухих истончились, вытянулись, а затем закрутились, переплетаясь воедино в одно сплошное разноцветное пятно, лишённое каких-либо чётких границ. Свет факелов слился с тёмным камнем разрушенных стен в мутную кашу, и я торопливо зажмурился, тщетно надеясь, что это хоть немного поможет.
«Вот уж действительно, ничего опасного…» — мысленно огрызнулся я.
Случись сейчас что-нибудь неожиданное и без посторонней помощи я не смогу преодолеть даже десяти шагов. Либо со всего размаху врежусь в ближайшую стену, либо запнусь о что-то и переломаю себе ноги.
— А теперь слушай, о чём они там треплются, или просто так зелье пил?
— Тише вы, — скривился я от резкой, пронзающей боли и торопливо зажал уши ладонями.
Казалось, старик вовсе не шепчет над самым ухом, а орёт во всю глотку. Из-за него черепную коробку едва не разрывало изнутри.
Зато голоса эльфов на улице теперь звучали настолько чётко и близко, будто нас не разделяло расстояние в полторы сотни шагов.
Если бы прежде я не видел своими глазами, где именно расположился их отряд, то свято уверовал бы, что остроухие находились прямо здесь в часовне, буквально на пол пролёта ниже по лестнице.
Старик больно ткнул меня локтем прямо под рёбра, молча требуя незамедлительно озвучить все подробности разговора. А я окончательно растерялся, не зная, как поступить правильно. Стоит ли говорить ему правду или лучше умолчать об услышанном.
Глава 2
— Господин Лариос, вам не стоит… — судя по тону, один из подчинённых попытался остановить своего командира. Эльфа явно желали оградить от личного контакта с заражёнными скверной. — Прошу, оставьте это нам. Наследнику великого Дома Валари не пристало самому…
«Значит, никакой особой причины и нет, — мысленно подытожил я. — Обычное эльфийское высокомерие».
— Наследнику? — с ленивым зеванием перебил его главный эльф.
Даже не видя его лица, я почти физически ощущал эту пренебрежительную, сытую ухмылку, за которой скрывался абсолютно холодный и расчётливый взгляд.
— Я всего лишь четвёртый сын, Саги. Перестань меня так сильно опекать.
Учитывая продолжительность жизни остроухих, трон главы Дома этому парню точно не светил. По крайней мере, не в ближайшие пару сотен лет.
— Всё изменится, когда мы закончим и вернёмся домой с победой, — не сдавался подчинённый.
— И где же она, эта победа? Оглянись! Я отдал единственную доступную мне семейную реликвию в обмен на информацию. И что в итоге?
— Фурел из Дома Дельмис ещё ответит за свою дерзость! Как ему только наглости хватило требовать в залог клинок вашего прадеда? — в голосе Саги вспыхнула смесь ярости и настоящей жажды крови. — Но его сведения оказались верными. Пусть и не совсем точными…
— Не совсем точными? Какая любопытная формулировка, Саги.
В мой бок снова больно впился коготь учителя. Зуг’Гал терял терпение и требовал немедленного отчёта. Пришлось открыть рот и начать пересказывать подслушанное старику. Иначе он бы не отстал.
Вопреки опасениям, говорить оказалось легко. Я ждал, что от усиленного зельем слуха мой собственный голос ударит по ушам с такой же дикой болью, но звук выходил самым обычным, не причиняя никакого дискомфорта.
Любопытное свойство снадобья — судя по всему, действовало оно только на восприятие звуков извне.
— По условиям сделки, Дом Дельмис должен получить три Плети… — продолжал вещать Лариос.
— Это отступники, милорд.
— Мне плевать, как правильно называются эти твари!
— Прошу прощения. Вы правы.
— Троих забирает Фурел, одна тварь достаётся нам. Так мы условились. Но теперь перед нами всего три Плети. Точнее, две с половиной, учитывая этот истекающий кровью безногий обрубок. При таком раскладе я даже не смогу выполнить обязательства перед Дельмисом, чтобы вернуть свой клинок. Так о какой победе ты говоришь, Саги?
Пока эльфы спорили между собой я задумался, как же мне стоило поступить.