Безопасность в Корпусе — не должность, а синекура. Самое то для отставного пенсионера: бегать никуда не надо, а шевелить мозгами ты ещё не разучился.
Есть, конечно, и определённые подводные камни; в частности, регулярно небольшие финансы и порой аморфные права напрягают. Но если прибавить к местным деньгам пенсию, то всё не так плохо.
А ещё бывают служебные командировки, различные целевые расходы, от которых тоже можно откусить немало (если не зарываться; если знать, когда и как; если не частить и эксплуатировать только одну возможность из трёх).
По большому счёту, Безопасность в своём стандартном виде Корпусу не нужна. Но пока есть штатное расписание и федеральные регламенты, работа для неё тоже будет. Тем более, она тут совмещена с массой административки, которая тоже оплачивается (пусть и по другой статье).
Сидевший, как обычно, допоздна в кабинете старик удивился, когда уже достаточно поздно явился вчерашний новенький пацан.
— Извиняюсь, сегодня наружу выбраться не вышло, — с порога начал он. — Собирался сразу после обеда, но в обед попал в медсектор и вышел уже, когда было поздно дёргаться.
— Я в курсе, — хихикнул дед. — Сводка по Корпусу.
— Двадцатка есть на счёте комма, — продолжил парень. — Я сегодня, когда увидел, что не успеваю, попросил братву — и мне сюда перекинули. С вами договаривались на сегодня, потому могу перевести с комма, куда скажете.
— С ума сошёл? — серьёзно вскинулся дед. — Никаких переводов. Вот сходишь, куда надо, и уже тогда… — он не договорил, изображая рукой колебание морской волны.
— Ну извините, — фыркнул пацан. — В Квадрате и безналичные бабки вовсю работают.
— Тут не там. Я думал, ты это сегодня уже понял, — снова хихикнул дед, вспоминая обеденный ролик из столовой.
— Понял, — мгновенно осунулся лицом пацан. — Там, в отличие от «здесь», положняк не отбирают. Положняк это…
— Я понимаю. Не напрягайся, юноша, — снисходительно улыбнулся офицер.
Пару секунд он явно что-то прикидывал, затем всё же сказал:
— Но ты молодец. Схема твоя в столовой, конечно, в обед была отчаянная, но сработала. Смотреть было интересно и поучительно.
— Мне вообще не понятно, откуда здесь такой беспредел, — отчего-то прорвало парня. — А если бы не рука, а что-то иное? Типа шеи? А если бы не я, а кто-то другой? Так же и насмерть можно.
— До двух-трёх процентов потерь от списочного состава за семестр порой, — утвердительно прикрыл веки старик. — Так и есть. В целом по Корпусу.
В первую секунду пацан даже не нашёлся, что сказать. Затем всё же спросил:
— И что? Все считают, что это нормально?
— Выбраковка явно непригодного контингента, — пожал плечами офицер. — Просеивания через сито никто не отменял. И лучше самых тупых, самых слабых и самых неуживчивых отфильтровать сейчас, таким образом. Чем потом…
— А тех, кто виновен в этой вашей естественной убыли контингента, вы не минусуете? Они что, отбывать наказание не идут?
— А ты много в Квадрате видел таких, отбывающих наказание? — вопросом на вопрос ответил дед.
— Ну, я там вообще немного чего видел, за два месяца в карцере-то, — заметил новенький. — Но в принципе, да. Не слышал, чтоб кто-то отсюда там зависал.
— И не мог слышать. Потому что тут работает другая процедура. Ладно, в счёт будущих оплат… У нас особое правовое поле. Ты проскочил мимо расширенной процедуры потому, что сирота и без законных представителей…
— А Государство?! Как мой представитель?!
— … к которым кто-то из клановых будет прислушиваться, — закончил мысль старик. — Если бы ты шёл за оплату, тебе бы дали подписать на один документ больше. Ну, вернее, не тебе, а твоим попечителям. Суть документа: в случае выбытия тебя или по твоей вине кого-либо из строя, читай насмерть, приоритетным инструментом решения вопроса является денежный штраф.
— Как так? — оторопел парень.
— Ну а ты думал, в сказку попал? — офицер даже развеселился от такой непосредственности собеседника. — Другое дело, что штраф начинается от ста двадцати тысяч монет за такого, как ты.
— У меня вся семья с матерью столько не стоила, — угрюмо отозвался пацан.
— Угу… А вот если платить штраф за такого, кому ты глаз проткнул сегодня, то он уже стоил бы полмиллиона, — довольно закончил дед. — Потому что одарённый, выпускной курс, сумма страховки и всё такое. Там в каждом случае индивидуально суд считает, но порядок сумм стандартный. Правда, для тебя есть один удачный момент. Если защищался, агрессии не проявлял либо случайное стечение обстоятельств, ничего платить не надо.