— Недолёт! — похоже, сосед вообще отучился говорить спокойно. Орёт и орёт.
Продолжая сокращать дистанцию, из рондата ухожу в заднее сальто. Другого способа быстро и точно перемещаться вслепую сейчас нет.
В итоге, кажется, даже чиркаю Билла рукавом.
Картинка Алекса полностью соответствует моим ощущениям. Потому в следующий момент прихватываю Билли за рукав, сильно дёргаю на себя и заваливаюсь по спирали вместе с ним на песок.
Оказываясь сверху. И без затей сворачивая ему голову.
Что интересно, каст с его рук продолжает греть воздух, несясь мимо меня, даже какие-то доли секунды после того, как я слышу хруст его шейных позвонков.
А потом воображаемая картинка пред моими глазами теряет чёткость, расплывается; и Алекс говорит уставшим тоном, как будто разгружал баржу с зерном весь день:
— Пока угроз не вижу. Изображение на минимуме.
— Да вообще без проблем, — хмыкаю, нащупывая на всякий случай артерию на шее противника.
— Да что ты там ищешь! — отчего-то сердится Алекс. — Труп это! Вон, даже мозговая деятельность у ноля…
— Ну, мне в твоём ракурсе не видать, — замечаю. — Слушай, а чего ты так разошёлся? — спрашиваю его, укладываясь на спину.
Со стороны трибун доносятся неясные шумы (видимо, сняли защиту).
— Ругаешься, орёшь, — продолжаю. — Ты же, как тот Бак: всегда повторяешь, что интеллигентный человек — это ещё и культура речи. Какая муха тебя сегодня укусила?
— Иди в сраку. — Некуртуазно сбривает меня Алекс, и я слышу, что он к юмору не расположен. — Испугался я очень. Я что, не человек?
А затем ко мне подлетают сразу несколько то ли сочувствующих, то ли наоборот (в количестве которых путается даже Алекс, транслируя слипающиеся и разделяющиеся силуэты. Чётко он определил только Камилу, Жойс, Анну и Моше с Баком).
Глава 3
Камила тут же падает рядом со мной на колени (дистанция вплотную, Алекс как-то вычисляет это по потокам воздуха и дыханию, плюс, видимо, по температуре — саму Карвальо он мне показывает отчётливо).
Рядом с Камилой, с секундной задержкой, точно в том же положении оказывается и Жойс.
— Так, у тебя кровоизлияния в глазах. — Сообщает мне Карвальо то, что я знаю и без неё.
— Жив? — Спрашивает следом Жойс.
— Живее всех живых, — салютую в направлении последней. — Ещё меня ублажать сегодня будешь! Хорошо, что этого языка никто не понимает, хе-хе.
— Я бы не был столь категоричен, — раздаётся сверху голос Бака, правда, на Всеобщем. — Вы там вообще как?
Лёжа, вытягиваюсь, копируя стойку «смирно» под нажимом Алекса (которого отчего-то на ровном месте обуяла страсть к армейскому этикету). Из-за напора соседа по внутренней связи, озвучиваю ответ в том же стиле:
— Господин подполковник! Соискатель Алекс учебно-тренировочное упражнение окончил! Доложить результаты в полном объёме не имею технической возможности, ввиду полной потери зрения при выполнении упражнения! Оставшийся физиологический ресурс организма — около двадцати семи процентов! Доклад окончил.
— Доклад принял, — тоном профессора-интеллигента отвечает куратор. — И упражнение не совсем тренировочное. Но я чуть иное имел ввиду… Ладно… капитан Карвальо, как он?
— Навскидку — как под трактор попал, — хмуро отвечает Камила. — Внутри большой микроволновки.
Алекс в этот момент транслирует мне её картинку со шприцем в руках, делающую уколы в каждый мой глаз по очереди, по три штуки.
— Сейчас должно зрение появится, — продолжает Карвальо. — Минуты три-пять.
— Нано-смесь? — утоняет Бак.
— Так точно…