— Гуляй, сколько надо. Мы тут. — Уверенно обозначает она в тот момент, когда её сзади обвивает чья-то рука.
И дородная темнокожая дама в форме унтер-офицера припечатывает её в лоб поцелуем.
— Ладно, давай, тут встретимся! — Жойс отключается.
Я ещё какое-то время задумчиво шагаю по дорожке, когда неожиданно приходит входящий вызов на комм.
Странно. Ещё и от незнакомого абонента.
Нажимаю на кнопку разговора; и передо мной появляется голограмма этой самой полоумной Анны, которую я оставил в собственном номере до утра пару минут назад.
— Ты же недалеко отошёл, — напряжённо говорит она. — Не мог бы ненадолго вернуться? Я бы и сама тебя догнала, вон, вижу в окно, как ты шагаешь. Но если я отсюда выйду, то обратно больше не войду: по отпечатку пальца пускает только тебя. А ключи ты унёс.
— Хорошо. Жди, — пожимаю плечами.
Ладно, мало ли. С меня не убудет, цинично говоря. Тем более, вон и Алекс заливается соловьём о том же.
Неожиданно для самой себя, оставшись одна, Анна вначале разрыдалась.
Хозяин комнаты, ни на мгновение не впадая в эмоции, грубо предупредил её об освобождении помещения в восемь и тут же ретировался куда-то.
Когда он шёл по лестнице, на весь пустой коридор был слышен его весёлый разговор с какой-то девицей на языке, Анне незнакомом. Интересно, это соискатель сам образовывается? Или он просто родом откуда-то, где Всеобщий не в ходу?
Ещё через пару минут Анна почувствовала, что уже не хочет оставаться одна. А то, как она поступила только что с этим парнем, в определённом смысле можно было бы и вообще назвать скотством. Если бы не одно «но»: если б пацан не был бесклановым и простонародным быдлом.
Извиняться всегда надо лично, не по телефону. Это она от родителей знала очень хорошо. Вот сейчас она разрулит это недоразумение, на какое-то время общаясь с ним, как с равным. А потом уже можно и спать идти.
Несмотря на её опасения, Алекс не стал из себя корчить вселенскую обиду и тут же после её звонка повернул по аллее обратно.
Кстати. А если он, после её извинений, передумает уходить? И захочет остаться?
Анну ещё раз прошиб пот. Представив себя здесь до утра одну, она уже не готова была терпеть в комнате мужчину, даже на коврике возле плиты.
Блин, да что ж с мозгами-то происходит такое? Какие-то качели.
Дверь распахнулась и хмурый Алекс возник на пороге:
— Что хотела?
— Я извиняюсь за то, что повела себя с тобой, как с быдлом. — Твёрдо выговорила Анна. — Хоть ты и не клановый, но ты мне очень помог сегодня. Я тебе искренне благодарна, но что-то не то творится с головой. Не могу поймать мысли, периодически чувствую себя, как в бреду.
— Это всё? — уже нейтрально спросил хозяин комнаты. — Извинения принимаются.
— Да вроде всё, — моментально обмякла и сгорбилась Анна.
Присела на кровать. Обхватила себя руками. И, не сдерживаясь, завыла белугой на весь этаж.
— Эй, да что с тобой?! Всё же уже позади! — соискатель бросил возле входа свой штатный малый рюкзак и подскочил к ней. — Так, обниматься не будем, но дай-ка сюда левую ладонь.
Затем он надавил на подушечку её большого пальца, ещё куда-то, и слёзы почти мгновенно иссякли.
— Что это за фокус? — удивилась Анна, добросовестно отсмаркиваясь в заботливо протянутое хозяйское полотенце. — Как ты это сделал?
— Науке учиться надо правильной, — невнятно ответил Алекс. — Знаю где нажать, и как нажать. Что это на тебя накатило? Оговоримся сразу: ты не Саяра, я не Виктор. Благодарности твои мне ни к чему, у меня девушка есть.
— Вот это было почти обидно, — призналась Анна. — Если б ты был одарённым, хоть каплю, я б уже лезла тебе прямо сейчас доказывать, что… — она недоговорила. — Ты прямо мастер манипуляций, — она уже иначе смотрела на нового знакомого.
— И в мыслях не имел, — легко отмахнулся парень. — У меня есть девушка. — Повторил он. — И я иду к ней. Но ты всё-таки поделись, чего это тебя так растаращило на ровном месте?