4 января 997 г. от ВР.
…В ночь со вторника на среду Госпожа Удача явно маялась от безделья. Вот и воспользовалась возможностью заняться хоть чем-нибудь интересным — незадолго до того, как мы перебрались на «наш» пляж мира единорогов, пригнала к этой части океана здоровенное стадо кашалотов. И по-настоящему обрадовала: заглянув в «зеркало» и обнаружив в прямой видимости несколько десятков доноров халявной энергии, мы поставили на «базу» дроны, которые собирались запустить, перекатили на ту сторону и спустили на воду оба гидроцикла, оседлали буйные машинки и рванули на поиски особи-одиночки.
Удача сопутствовала нам и в этом деле: особо ленивая «рыбка» нашлась от силы через минуту после начала движения — висела на поверхности, почти не шевеля хвостом, и плевать хотела на то, что сородичи постепенно уплывают вдаль. А зря: мы атаковали эту тушу по уже отработанной методике. То есть, зашли на нее сзади, метров с шестидесяти пяти «догнали» порталом и вбили искажение в проекцию головного мозга. А после того, как млекопитающее забилось в агонии, взяли под контроль воду, ускорились и влетели в область, которую должно было накрыть посмертным импульсом.
Шарахнуло чуть слабее, чем хотелось бы. Тем не менее, по два уровня взяли не только матушка с Аней, но и мы с Наташей, оторвавшиеся от них почти на целый ранг. Так что в темпе распихали халявную энергию по нужным кластерам, вернулись к пляжу, загнали гидроциклы на прицепы, переместили технику в гараж Белоярского особнячка, перешли в кабинет усадьбы, пожелали друг другу спокойной ночи и в том же стиле «разошлись» по своим покоям. Отсыпаться после очень уж напряженного дня. Но у Госпожи Удачи были другие планы. Поэтому, как только я вломился в душевую кабинку и уронил в личный канал напарницы знак вопроса, ко мне «постучался» командир дежурной смены, извинился за то, что разбудил, и доложил об обнаружении стаи «гиен», вторгшейся в мои владения с юго-востока, по льду замерзшей Ангары.
Не уточни он, что эти монстрики бьют Огнем и, судя по радиусу области контроля, тянут на пятый класс опасности, я бы свои планы не переиграл. Ибо похожее зверье, но владеющее Воздухом, было слишком уж слабым и могло усилить разве что Юру Бажова. А «пятерки», да еще и в больших количествах, требовались и Даше, и Янине Павловне, и Белосельским, и их телохранителям. Так что я приказал привести стаю на стрельбище, сообщил своим дамам, что отдых отменяется, объяснил, почему, и загрузил ценными указаниями. Потом добросовестно помылся. Чтобы избавиться от запаха моря другого мира. И, неспешно одевшись, набрал государя.
Как и следовало ожидать, мое предложение взять еще уровень-другой было принято влет. Причем не только Императором, но и его благоверной. Поэтому без пяти три ночи из особняка вынеслась толпа желающих попинать иномирных животинок, на бегу разбилась на пары и помчалась к стрельбищу. А уже минуты через полторы-две привычно выстроилась поперек загонного коридора, образованного тревожной группой.
Левый фланг, как и накануне, заняли самые слабые боевые единицы, то есть, Виктор Константинович, с нашей помощью взявший шестьдесят третий, и Валентина Сергеевна, доросшая до шестьдесят пятого. Само собой, не одни, а в компании со мной и Наташей. Даша, поднявшаяся на семьдесят четвертый, ее Милашка, Янина Павловна — кстати, уже семьдесят седьмая — матушка и Аня привычно выдвинулись в центр. А двое телохранителей Белосельских, раскачавшиеся «аж» до семидесятого, и Валя с Варей сдвинулись на правый. Чтобы не мешаться у нас под ногами. Потом я сообщил подопечным, кого именно им предстоит пинать, поставил боевые задачи, выслушал очередной доклад дроновода и… добавил народу толику «мотивации»:
— Кстати, в стае — сорок две особи. Да, на начальном этапе мы подпустим к вам по одной, а остальных придержим. Но ровно через минуту с начала боя начнем усложнять жизнь каждой боевой единице. Так что не расслабляйтесь…
— С вами расслабишься… — проворчал самодержец, влил максимум силы в покров из трех стихий и разогнал восприятие ускорением. Императрица зябко поежилась и последовала примеру супруга. Телохранители ощутимо напряглись, покосились на них, но остались на своих местах. А Волкова с Державиной, привыкшие и не к таким вводным, «потянулись» вперед чувством Воздуха и сходу объединили силы. В смысле, остановили двух своих «гиен» одной взаимно усиленной воздушной стеной, ослабили огненные покровы зверей дождем Янины Павловны, шокировали Дашиным разрядом и по очереди — но при активнейшей поддержке ручного пушистика — положили противников согласованными ударами «слоеных» лезвий.
Прохор Осоргин, которому я поручил приглядывать за этой парочкой, сделал напрашивавшийся вывод, приподнял воздушный купол, за которым бесновалась основная часть стаи, и выпустил на оперативный простор сразу трех «гиен». Вернее, из ловушки вырвалось то ли шесть, то ли семь, но Марина Васильевна и чета Чекменевых вернули лишних обратно зубодробительными воздушными затрещинами.
Телохранители первых лиц государства тоже пробовали атаковать в паре, но получилось откровенно так себе: да, и их монстрики остановились, но чуть ближе, чем следовало, поэтому дотянулись до вояк заклинаниями, похожими на сожжение, и заставили задергаться. Что не лучшим образом сказалось на согласованности действий, и Конвойные продолжили воевать в «сольном» режиме.
Почти в том же стиле «слились» и Белосельские: воздушную стену сформировали вместе, а дождь — вразнобой. Из-за чего контратаковали не одновременно. Впрочем, в какой-то момент государь почувствовал, что их контроль держит, поверил в себя и разозлился. Поэтому не только поймал темп атак своей благоверной, но и смог усилить одно из ее лезвий. А после того, как понял, что их паре не хватает мощности, начал экспериментировать — заключил голову одной из «гиен» в сферу из Воды, не дал зверю ее испарить, удерживал порядка полутора минут и, в конечном итоге, «помог» животинке «вдохнуть», закашляться и потерять покров. И пусть при этом чуть было не зевнул атаку двух следующих хищников из-за того, что поймал посмертные импульсы от жертв Волковой и Державиной, но вовремя отбросил монстриков воздушным щитом и поймал кураж…
…Первую стаю запинали ближе к шести утра, а вторую, выбравшуюся из «чужого» портала в районе пяти тридцати — к четверти восьмого. Будь этот день тренировочным, я устроил бы «рыбалку» и помог подопечным взять не по одному-двум, а по три уровня. Но Белосельские собирались улетать во Владимир, поэтому я просто-напросто провел разбор полетов, сообщил, что завтрак будет подан в половине девятого, и отпустил гостей приводить себя в порядок. После их ухода поблагодарил тревожную группу за помощь, поручил здоровенные кучи «биоактивного сырья» и все еще висящее «зеркало» заботам дежурной смены, построил своих дам и вернулся в особняк. А в лифтовом холле второго этажа наткнулся на сияющую родственницу.
— Олег, теть Наташ, в последней схватке Милашка взяла четвертый ранг! — радостно воскликнула она, покосилась на телохранителя Императора и все-таки продемонстрировала возможности питомца — приказала ему сидеть, ушла рывком в левый дальний конец коридора, жестом подала пушистику команду «Атакуй меня!», приняла на покров одиночную ледяную иглу и гордо задрала носик: — Видели? Лупит метров с одиннадцати-двенадцати!!!
— Красотка! — улыбнулся я и загрузил девчонку, примчавшуюся обратно, по полной программе: — Все, теперь твоему напарнику нужна третья стихия — с ней он превратится в самого буйного питомца на свете. Так что отлавливай Нинку и договаривайся о совместных экспериментах…
Даша расстроенно вздохнула:
— Отловить и договориться не проблема. Но эксперименты — дело долгое. А нам пора возвращаться во Владимир: девятого — день рождения Танькиной мамаши, которое почему-то празднуется всем родом. И если мы пропустим это мероприятие, то у тети Снежаны появятся моральные основания обвинить нас в неуважении и устроить веселую жизнь мелкими уколами, придирками и подставами…
Я посмотрел на часы, произвел несложные подсчеты и пробормотал:
— Так, девятое — понедельник…
— … но подготовка к празднованию начнется в субботу рано утром… — подхватила она. — Поэтому нам надо вернуться в поместье либо сегодня, либо завтра, либо — в самом крайнем случае — послезавтра.
— Наш «Коршун» — в Белоярске. И экипаж — там же. Так что вернетесь… — пообещал я, почувствовал, что в теплой куртке стало жарковато, вспомнил, куда мы направлялись, и мягко улыбнулся: — В общем, как определишься с желательной датой вылета, сообщишь…
Сестренка попросила прощения за то, что задержала, дважды щелкнула пальцами, поймала Милашку, прыгнувшую к ней, и унеслась в свои покои. Я тоже ускорился. А в восемь двадцать восемь снова вышел в общий коридор и был озадачен Белосельской, обнаружившейся рядом с матушкой:
— Олег Леонидович, нам доложили, что вашим сестрам и брату тоже пора возвращаться во Владимир. Так, может, отправите их с нами, чтобы не гонять ваш самолет туда-обратно?
— Доставить их в поместье Державиных лично не обещаем, но достойное сопровождение выделим… — добавил Император, сделал небольшую паузу и привел неожиданный аргумент в пользу этого предложения: — Кстати, слух о том, что Дарья Константиновна, Петр Константинович и Татьяна Тихоновна прилетели в столицу вместе с нами, упрочнит их позиции как во внутренней иерархии рода, так и вообще.
Тут мелкая потемнела взглядом и гневно заявила, что они с Дашкой и Петькой не болтливы.
— Мы в этом нисколько не сомневаемся… — миролюбиво улыбнулся он и шокировал юную воительницу более чем логичным объяснением: — … поэтому распространением этого слуха займутся профильные специалисты и добьются реакции, выгодной не столько вам, сколько Российской Империи, мне и Олегу Леонидовичу.
Девчушка задумчиво подергала себя за мочку уха, затем сказала, что это меняет дело, запоздало сообразила, что влезла в разговор главы государства и старшего родича, покраснела и извинилась перед нами обоими.
— Вы защищали свою честь, честь сестры и брата… — без тени улыбки заявил государь. — Поэтому я не в обиде. Более того, прошу прощения за то, что сформулировал свои мысли недостаточно четко и, тем самым, вынудил вас почувствовать себя оскорбленной.
Тут мелочь удивила недетской рассудительностью:
— Ваше Императорское Величество, вы привыкли общаться с личностями в разы старше и информированнее меня, так что просто-напросто не подумали о том, что я могу вас не понять. А моя ошибка куда серьезнее: я имела глупость возмутиться в присутствии старшего брата, для которого дворянская честь– отнюдь не пустой звук, а забота о любимых родственниках — неотъемлемая часть мировоззрения. Да, ошиблась из-за того, что привыкла защищать себя сама, а в гости к Олегу Леонидовичу и Анастасии Юрьевне прилетела в первый раз. Но мне все равно стыдно…