— Предупреждена, значит, вооружена… — философски заявила подруга, я удовлетворенно кивнул и поблагодарил Урусову за предупреждение, а она пожала плечами, поднялась с кресла и дала понять, что ей пора…
…Не успели мы отвезти Ульяну к ближнему КПП и вернуться в особняк, как мне позвонила Даша и расстроенно спросила, когда я освобожусь.
— Я — уже… — честно ответил я, сообщил, что вот-вот загружусь в лифт и поднимусь на второй этаж, и спросил, что случилось.
— Расскажу через минуту… — со вздохом пообещала она. И рассказала. Сразу после того, как вынеслась из своих покоев и быстрым шагом подошла к нам: — Таня сообщила на редкость неприятную новость: Машка — ее старшая сестра и моя вечная соперница — только что вернулась из родового поместья Верховцевых. Из того самого, в котором я, вроде как, нахожусь в данный момент. Летала с двумя подружками. Надеясь уговорить старшего брата моей одноклассницы помочь с усилением Дара и им. Узнав, что я там не появлялась с конца лета, и что Верховцевы в принципе не усиливают членов других родов, взбеленилась. И устроила сразу две истерики — своим родителям и Алексею Юрьевичу. Так что меня вот-вот начнут рвать на части — потребуют немедленно вернуться домой, признаться, где я пропадала на самом деле, и… помочь с «решением вопроса» с усилениями всем остальным членам рода…
Плющило ее по полной программе: кулаки были сжаты, во взгляде горела недетская ярость, а в глазах… в глазах стояли слезы. Вот я и обошелся без шуток:
— А чего ты, собственно, напрягаешься? Ты находишься у меня — у брата, который считает родственниками только тебя, Таньку и Петьку. Урона твоей чести в этой поездке нет, а того, кто рискнет утверждать обратное, я выверну наизнанку. И «решить вопрос» со мной абсолютно нереально: после попытки нашей бабки «продать» мою матушку роду одного из ее бывших ухажеров, фамилия «Державин» вызывает во мне желание убивать. В общем, принимай звонки страждущих и смело посылай их в любом из известных направлений. Кстати, тебе уже без нескольких дней семнадцать, и ты являешься сильнейшей Одаренной рода. Ну, и чем тебя может запугать тот же Алексей Юрьевич?
Ее кулаки мгновенно разжались, ярость во взгляде уступила место злому предвкушению, а слез как не бывало — Даша назвала меня самым понимающим братом на свете, вытащила из кармана телефон, судя по всему, безмолвно надрывавшийся все время нашей беседы, приняла чей-то звонок, порядка двух минут слушала чьи-то претензии, а потом презрительно фыркнула:
— Алексей Юрьевич, вы очень сильно переоцениваете свои возможности: я уже год как совершеннолетняя, объективно являюсь сильнейшей Одаренной рода и получаю «боевые» на счет, доступа к которому у вас нет. Так что давить на меня вам нечем. Далее, я усиливаюсь не в родовом поместье Волковых, а в Усть-Ангарске, у брата. Впрочем, даже будь ваша догадка верна, я не стала бы уговаривать Янину Павловну тренировать «других достойных представителей нашего рода», так как вы с вашими прихлебателями умеете только вымогать деньги, строить красивые планы и позориться. И последнее: я вернусь домой тогда, когда сочту нужным. Так как приехала к Беклемишевым нарабатывать реальный боевой опыт, а не отдыхать, и не вижу смысла прерывать процесс из-за истерик обиженной родни. На этом — все. Хотя нет, не все: порталы во Владимире и рядом с ним открываются каждый день. И в Полоцке, в котором вы, вроде как, затеяли стройку века, с ними проблем нет. Так что усиливайтесь сами. В том режиме, который сочтете наиболее комфортным. Вот теперь все. Желаю удачи во всех СВОИХ начинаниях…
Слушать ответ и не подумала — сбросила вызов, выключила телефон и вопросительно посмотрела на меня.
— Красотка! — улыбнулся я, собрался заявить, что «родственничка» она поставила на место толково, но тут ожил мой телефон и продемонстрировал фотографию Анатолия Игоревича.
Я тут же подобрался, жестом попросил сестренку помолчать, принял вызов, поздоровался и превратился в слух.
Генеральный прокурор эхом повторил мое приветствие, извинился за поздний звонок и попросил разрешения заглянуть в мое поместье «буквально на часик».
— Как я понимаю, вы уже на подлете? — спросил я и угадал:
— Да: в десяти минутах.
— Заходите прямо на посадочную площадку: в данный момент рядом с усадьбой порталов нет… — заявил я, выслушал ответ, убрал трубку в карман и переключился в рабочий режим — уведомил о прилете Голицына командира дежурной смены, матушку и Марию Тарасовну, извинился перед сестренкой за то, что буду вынужден отвлечься, и унесся переодеваться.
Через восемь минут подошел к посадочной площадке, прислушался к пока еще далекому рокоту двигателей «Онеги», чуть-чуть добавил жару Огню на двух покровах, запрокинул голову и уставился в бездонное звездное небо.
— Олег, а тут полярные сияния бывают? — внезапно спросила Наташа.
Я утвердительно кивнул:
— Да, бывают. Но только во время сильных магнитных бурь. Если есть желание увидеть, то скачай и установи на телефон программку с говорящим названием «Северное сияние вживую», вбей в нее координаты нашей усадьбы и жди уведомлений.
— Она отслеживает и силу магнитных бурь, и погоду?
— Ага…
— Спасибо за совет… — благодарно мурлыкнула она, ласково коснулась моего предплечья Воздухом, уставилась на вертушку, начавшую снижение, и как-то странно усмехнулась: — По моим ощущениям, если правильно сместить воздух вверх-вниз или вправо-влево, то можно сломать винты. Представляю, что, при желании, можешь натворить ты…
Я прислушался к чувству этой стихии и пришел к выводу, что она права: лопасти винтов вертолета, влетевшего в мою область контроля, действительно ощущались хрупкими!
— Проверять, насколько правильно мы оцениваем свои возможности, не стоит. Но учесть тот факт, что лопасти могут переломать И НАМ, однозначно надо… — заключил я, добавил дури в воздушную стену, немного подождал и первым шагнул к машине, опустившейся на идеально чистую площадку. Еще через несколько секунд пожал Голицыну руку и пригласил в дом. А после того, как Анатолий Игоревич сделал ни разу не дежурный комплимент моей верной напарнице и решительно направился к особняку, предупредил, что первым пунктом обязательной программы будет ужин.
— Отказываться не буду: во-первых, голоден, как волк, а, во-вторых, не забыл, какие шедевры готовит Мария Тарасовна… — усмехнулся генеральный прокурор, а затем посерьезнел: — Но есть буду быстро: со временем у меня, как всегда, не ахти — мне поручено провести награждения участников операции по захвату разумных медведей в поселке Благово и монахов двух групп быстрого реагирования Белоярской епархии…
— Монахи митрополита Симеона не только встали на боевое дежурство, но и уже успели себя проявить? — обрадованно спросил я.
Анатолий Игоревич утвердительно кивнул:
— Да. И пусть в данный момент уверенно справляются со зверьем не выше второго класса опасности, зато его уничтожают добросовестнее некуда и заметно облегчают работу «Ведунам». За что и будут пожалованы медалями «За отвагу». Кстати, о слабом зверье: по утверждению руководства СКАИЗ, из порталов, открывающихся на территории Российской Империи, практически перестали выбираться животные первого класса опасности. Что, по уверениям ученых, свидетельствует о скором выходе плотности магофона всей планеты на уровень, на котором самое слабое иномирное зверье будет испытывать дискомфорт, а наше… начнет искать пропитание в других мирах.
— Интересная новость… — пробормотал я, мысленно отметив, что эта новость подтвердила наши догадки.
— Есть новости и поинтереснее… — усмехнулся генеральный прокурор, вошел в особняк, привычно испарил снег с обуви и одежды, уверенно навелся на лифт и продолжил повествование: — К примеру, вот эта: у нас, в Российской Империи, всемеро упала смертность: пожилые Одаренные, раскачивающие регенерацию, «самостоятельно» избавляются от большинства хронических заболеваний и, фактически, превращаются в долгоживущих. Ну, а те, кто взял Жизнь, уже на четвертом-пятом рангах начинают понемногу «откатывать» еще и биологический возраст.