Ну, а в моих владениях жизнь шла по накатанным рельсам — дроноводы обнаруживали порталы, «подхватывали» зверье и приводили к ловушке, мы его «разбирали» и использовали халявную энергию для усиления, а ненужное «сырье» передавали «Ведунам». Кстати, их потребности в подобном «сырье» постоянно росли, что наводило на интересные мысли. Но я не мог объять необъятное, поэтому радовался суммам, постоянно падающим на счет, а почти все время бодрствования тратил либо на эксперименты со стихиями, либо на тренировки. Ага-ага: я экспериментировал, тренировал или тренировался даже в бункере. К примеру, лупил слабенькими площадными заклинаниями всех, кто находился в том же помещении, принимал на покров, щиты или стены ответные атаки, анализировал личные наработки своих людей, доводил все перспективное до ума, адаптировал под свой уровень развития и, конечно же, делился. Очень и очень многим.
Результаты радовали со страшной силой: к утру воскресенья абсолютно все маги рода, за исключением Нины Пришвиной, поднялись на пятнадцатый уровень и неплохо отработали как минимум две атакующие и одну защитную связки, женщины поверили в свои силы и перестали ощущаться балластом, целительницы избавили весь народ от большинства хронических заболеваний, Природницы собрали первые «единичные» овощи и так далее.
Кстати, результаты моих дрессировок лучше всего проиллюстрировало «ЧП», случившееся через четверть часа после подъема: Марину Осоргину, еще не освоившую беговые лыжи на должном уровне и поэтому отправившуюся на обязательную «пятерочку» раньше всех, атаковала рысь — упала на плечи из-под невидимости и попыталась вцепиться в шею. Да, сам прыжок женщина зевнула. Но, почувствовав удар по покрову, влила в него предельный объем энергии и вырастила между собой и хищником лезвия двух стихий — Воздуха и Огня. Кошатина оказалась в разы слабее «пятнашки», поэтому обзавелась парой сквозных дырок. А озверевшая Огневичка не унялась: оторвала от себя зверя щитом, стремительно развернулась и превратила агрессора в дуршлаг. Правда, как только вышла из состояния аффекта и узнала от подоспевших жен егерей, сколько могла стоить такая шкурка, страшно расстроилась.
В общем, пробежка удалась — народ ухохатывался над героиней и, в то же самое время, глумился над дроноводами, зевнувшими проникновение зверя на территорию усадьбы. Впрочем, как только последний «лыжник» выбежал на стрельбище, и я начал разминку, все «левые» мысли как ветром сдуло — все мои «ученики» переключились в рабочий режим, отпахали полтора часа, как рабы на галерах, и заслужили одну общую похвалу.
Потом был завтрак, порадовавший гастрономическим удовольствием, а в десятом часу утра началось «веселье»: к КПП начали подкатывать первые грузовики с заказами моей матушки, и народу пришлось понапрягаться. Как? Мужчины из свободных смен переквалифицировались в грузчиков и подай-принеси, а женщин припахали старшая хозяйка рода, ее личная целительница и моя помощница.
Народ недоумевал, так как не понимал, к какому мероприятию готовится усадьба. И делился друг с другом логичными версиями. Кроме того, пытался втихаря выяснить у Лосевой и Красовской, чей день рождения мы собираемся праздновать. Но они тоже были в непонятках, поэтому «градус недоумения» постоянно рос.
Я наблюдал за этим со стороны до начала двенадцатого. А потом был вынужден отвлечься и прокатиться до КПП. Ибо ко мне приехали гости. Вроде как, по чрезвычайно серьезному делу. Кстати, прокатился не один — на всякий случай взял с собой Наташу. Кроме того, вызвал к месту встречи тревожную группу. Поэтому за ворота вышел не один, а в сопровождении Красовской, Дежнева и Рюмина, с интересом оглядел кортеж аж из трех бронированных «Питонов» и шести «Лесников», почувствовал, как передо мной формируются «дополнительные» щиты, постоял секунд десять и… вернулся обратно. После чего сообщил Жарову, что в следующий раз подъеду к воротам через полчаса, выгляну наружу и, не обнаружив гостей прямо перед крыльцом, забуду об их существовании.
Как и следовало ожидать, «понаехавшим» это не понравилось. Но Антип Назарович не стал выслушивать их претензии, а добавил к уже прозвучавшему монологу еще две фразы:
— Если вы приехали о чем-то просить, то ведите себя соответственно. А демонстрация неуважения к моему господину — не лучший способ заслужить его расположение…
По словам Максима Рюмина, наблюдавшего за «гостями» через прицел снайперской винтовки, эта отповедь взбесила всех «молодых» членов свиты Главного Гостя, а он, хоть и не обрадовался, но нашел в себе силы заявить, что его люди не заметили моего появления, и даже извинился. Тем не менее, я вернулся к КПП ровно через полчаса, вышел на крыльцо и обнаружил, что меня уже ждут. Поэтому спустился по ступенькам и вопросительно уставился на аристократа лет пятидесяти с гаком в роскошной рысьей шубе.
Он требовательно повел рукой, и мужчина лет тридцати двух, неуловимо похожий на него, прервал молчание:
— Добрый день, Олег Леонидович. Имею честь представить вам главу рода Тереховых, Александра Вячеславовича…
Представился и сам, оказавшись наследником «овечьего короля» Империи. Но уже после того, как Красовская представила меня, а я ответил на приветствие.
На этом «обязательную программу» можно было завершить, и я спросил, что привело Терехова-старшего в наши края.
Он еле заметно потемнел взглядом, так как явно рассчитывал услышать приглашение заехать на территорию усадьбы, чувствовать себя, как дома, и так далее, а я ничего подобного не предложил. Впрочем, на вопрос ответил:
— Я хочу арендовать ваше поместье. На длительный срок. На условиях, которые можно смело назвать роскошными…
— Прошу прощения за то, что перебиваю, но мое поместье НЕ сдается и НЕ продается ни на каких условиях.
— Олег Леонидович, вы не дослушали… — укоризненно вздохнул он. — Я готов платить по миллиону в месяц!
Я тоже вздохнул. Хотя и не так сокрушенно, как он:
— Александр Вячеславович, я не сдам свое поместье даже за миллиард в день. Кстати, это не попытка набить цену, а единожды принятое решение, не подлежащее пересмотру.
— Юноша, вы, кажется, не понимаете, с кем говорите… — вкрадчиво начал наследничек, но получил ни разу не ту реакцию, на которую рассчитывал:
— Так, может, объясните? Только без завуалированных намеков, общих фраз и изысканных аллегорий, пожалуйста. А то я — человек дела.
Его недобрый взгляд меня не впечатлил. Развернутые плечи — тоже. А когда он начал формировать воздушный щит чуть помощнее тех, которые уже освоили мои вояки, я презрительно поморщился:
— Бить исподтишка — не мое. Поэтому поднимать защиту что из опасений, что напоказ однозначно не стоит. Но если вы попробуете атаковать, то я вас убью.
Дожидаться ответа от побагровевшего «овечьего мага» не стал — перевел взгляд на его отца и спросил, остались ли у него еще какие-нибудь вопросы для обсуждения.
Он утвердительно кивнул и опять предложил деньги. За знания о магии, которых у них нет.
Я развел руками:
— Прошу прощения, но я знания не продаю: с друзьями рода делюсь ими просто так. А усиливать потенциальных врагов не вижу смысла.
— Вы считаете нас потенциальными врагами? — снова выступил Терехов-младший.
— А вас это удивляет? — насмешливо спросил я и уколол его снова: — Потенциальные друзья не угрожают. Даже завуалированно. И не поднимают дополнительную защиту, ибо не допускают мысли о возможном конфликте.