— Это давно было, почти семьсот лет назад, — усмехнулся Лоренцо, — дож пошёл против коллектива, Совета десяти. Наш с нами дружит.
— И львиные пасти возродили?
— Вижу, ты хорошо подготовился.
Зал такой, зал сякой, все залы великолепны, и все сразу перемешались в голове Марата. Он много раз их видел на фотографиях, внимательно изучал информацию, но сейчас в режиме деловой пробежки по дворцу совершенно не соображал что-где. Но, возможно, другого шанса увидеть Палаццо Дукале не будет.
— Спасибо за мух и подробные инструкции. Яхта уходит послезавтра.
— А кто отправится со мной?
— Ещё трое: венецианец и двое иностранцев. Завтра в полдень общий сбор. Мы прикрепили нашу девушку к пассажиру, она обеспечит доступ. В общем, знакомство и все оргвопросы завтра. Также рассчитываем, что ты проведёшь мастер-класс по управлению мухами.
— Хорошо.
— За твоими кротами понадобится слежка?
— Не думаю, они адекватные. Достаточно линии поддержки, чтобы у них была с вами связь.
Мост вздохов. Сквозь его ажурные решётки осужденные могли напоследок взглянуть на прекрасную Венецию. Марат тоже остановился и посмотрел вниз. Под мостом проплывала гондола с весёлой влюблённой парочкой кротов лет пятидесяти. Они пили шампанское. Женщина в белом платье, её волосы украшены белыми цветами. Мужчина в белой рубашке. Молодожёны?
— А тюремный музей открыт?
— Для нас всё открыто. Но мы Карчери и по прямому назначению иногда используем. Идём, покажу сидельца. Позор Венеции.
Лоренцо провёл Марата по узким тёмным коридорам. В стенах такие низкие металлические двери: чтобы пройти внутрь, нужно согнуться в три погибели.
Они остановились возле одной из дверей. Лоренцо не стал её открывать — с обеих сторон от неё окна с чугунными решётками.
— Вот смотри.
Марат присмотрелся, в тёмной камере на нарах, лицом к стене, лежал человек. Неви.
— Анжело, — позвал его Лоренцо.
Узник повернулся, сел. Обычный парень.
— Что-то с Пино? — взволнованно спросил он.
— Ничего нового. Твоя мама передала тебе письмо, — Лоренцо достал из кармана джинсов записку и бросил её в окно.
Анжело поднял её и покорно вернулся на место.
— Спасибо, Лоренцо, граци милле! Передай маме мои поцелуи. Я страшно раскаиваюсь…
Неви в тюрьме? Удивительный город не переставал удивлять.
— Он агрессивен, — объяснил Лоренцо на обратном пути, — дикое животное. Набросился на товарища из ревности, изувечил. У вас бывало такое?
— Нет. — Марат был шокирован увиденным, — И что с ним теперь будет?
— Пино тяжело ранен, но угрозы жизни уже нет. Немного поправится и вынесет приговор.
— А какой может быть приговор?
— Не знаю. Пино жертва, ему решать. Причём они оба врачи… Слов нет.
* * *