«Дрянь! — проревело в голове. — Мелкая паршивая дрянь с грязным языком!».
Я не стал отвечать демонице, почувствовав, как сознание очистилось от её присутствия. Обиделась, наверное. Но ей полезно.
Сбить спесь с Миагозры мне удавалось нечасто. И всегда это оканчивалось сначала добровольным затворничеством, потом демонстративным молчанием, потом подчёркнутым официальным общением, а потом она на некоторое время становилась нормальной. Той, с которой можно вполне нормально пообщаться, пока её снова не начнёт заносить на поворотах от собственной феноменальности.
Жестко? Возможно. Но это существо уважает только ум и силу. И по-другому с ней нельзя, иначе это закончится очень плохо.
Демоны коварны. А эта особа переплюнет всех их вместе взятых.
Грудь вздымалась порывистым дыханием, а сердце грозило выскочить из груди.
«И это я ещё не курил ни в одной из жизней».
Стоя над поверженным врагом, сжимая в одной руке пистолет с пустым барабаном, а в другой — вражеский клинок, который решил забрать, как трофей, я осознавал, что первый раунд остался за нами. Но игра с теми, кто решился устранить Йоко, только начинается. И проигрывать я её не собирался.
Сунув трофей за пояс халата, я наклонился и подобрал свой «штар».
Адреналин в крови продолжал бушевал, но горячка короткой схватки уже отпускала, позволив услышать мерный и обнадёживающий писк кардиомонитора, свидетельствующий о том, что Йоко жива.
Сейчас это была победа, которая по-настоящему имела значение.
Амулет связи на моей шее коротко протрещал, а в следующую минуту в двери показался массивный силуэт.
Реакция была молниеносной. Рука вскинулась навстречу угрозе, а палец уже выбирал свободный ход спусковой скобы.
— Свои, господин барон, — замер Винсент, выставив руки. — Мы здесь, всё в порядке. Вы целы?
Вздохнув, я опустил руку, после чего, не торопясь, убрал «Докер» в карман халата. Штар в моей руке дрогнул, меняя форму, вновь превращаясь в костыль, на который я с облегчением опёрся.
— Я так понимаю, что эти парни, — указал я костылём на распростёртое тело, — были не свои?
Винсент промолчал, чётко поняв, что я пребывал в ярости
— Три запасных барабана и кобуру под моё телосложение, — сухо произнёс я. — Я его оставляю себе. А теперь, Винсент, потрудись мне объяснить, что за херня здесь творится?
— Господин барон., — мрачно начал начальник охраны, но я его перебил.
— Пять. Мне нужно пять барабанов. А теперь продолжай.
«Шесть возьми, — напоследок огрызнулось в голове. — Целиться, забыв, что у тебя пустой барабан — нужно быть полным недоумком!».
Кто бы сомневался, что последнее слово останется за ней?
Глава 4
Щекотливые вопросы, находившиеся по ту сторону закона, с руководством клиники решал Винсент. Не знаю и не желаю знать, как у него это получилось, но результат меня полностью удовлетворил.
Никто не стал вызывать органы правопорядка. Трупы нападавших были оперативно убраны, кровь замыта, пули с гильзами — изъяты, а дирекция клиники, за круглую сумму, обзавелась искусственной амнезией.
Одним из их условий было — наш скорейший отъезд из клиники. Да, они всегда рады нас видеть, помогут чем смогут, но — не сегодня.
И я их понимал: никому не нужны проблемы. Главный врач даже расщедрился и выделил из больничных запасов мобильный реанимационный комплекс, необходимый для реабилитации Йоко, чтобы поскорее от нас избавиться. Ну как, расщедрился…
Да — естественно, в аренду. Да — дорого. Но лучше держать оборону в собственном поместье, чем здесь.
Нам потребовалось два с половиной часа, чтобы убраться из госпиталя, полностью уничтожив там следы своего пребывания. Тела были вывезены через чёрный ход, и что с ними будет дальше, я предоставил решать Винсенту.
Всё же есть в положении Главы Рода свои плюсы.